Об одном парижском чуде святых Николая и Гавриила

С Машей, моей одногодкой, мы познакомились в Париже. Она – музыкант с Урала, я – неудавшийся художник из Грузии.

Нам было очень интересно вместе. Мы гуляли по Парижу, сидели на набережной Сены недалеко от площади Бастилии, а потом шли в магазин, где продавали пианино и рояли, которые можно было опробовать, надев наушники. Маша играла Чайковского, композиции группы «Abba» и много всего другого, от классики до шансона. Ее было трудно оторвать от клавиш и вывести из магазина. Минут через 40 я начала краснеть, стесняясь продавца, и потащила подругу к выходу. Она, с грустью отрываясь от пианино, сказала:

– Ты знаешь, за что я люблю музыку? За то, что она нематериальна.

Я знала, что Маша была воспитана глубоко верующей бабушкой по материнской линии, но к ее 17 годам бабушка давно умерла, а душа искала Бога, и тут, откуда ни возьмись, в их городе появилась секта кришнаитов, и Маша окунулась в нее с головой, пока не уехала в Европу.

О религии мы совсем не говорили, я тогда ни во что особо не верила, хоть и атеисткой назвать меня было бы сложно. Потом жизнь нас «побила», каждую по отдельности, и я уехала жить в другой город. Мы потеряли друг друга и встретились только 12 лет спустя.

К тому времени я стала православной христианкой и активно занималась иконописью. Пыталась открыть Маше глаза на христианство, но все попытки были тщетны. Тем не менее, узнав, что я пишу иконы, Маша начала очень настойчиво просить написать ей икону.

Прошло немного времени, и икона святого Николая Чудотворца для любимой подруги была готова. Вечером я позвонила ей – договориться о встрече, чтобы передать икону. Жили мы в 250 км друг от друга, и в квартире, в которой она теперь жила, я никогда не была. Звоню ей и говорю, что во вторник приеду в Париж по делам, а заодно привезу икону святого Николая. Тут нужно отметить, что Машу, влюбленную в грузинское многоголосие, трогало до глубины души всё, что касалось Грузии, поэтому я предложила ей привезти в подарок и иконочку старца Гавриила, о котором я ей рассказывала за несколько месяцев до этого. А мне эту икону привезла сестра из монастыря Самтавро, где жил святой. Мое предложение ее очень обрадовало.

И тут я спрашиваю:

– А ты подумала, куда эти иконы повесишь?

Маша всполошилась, стала вслух размышлять и предложила:

– А давай я тебе по видеозвонку наберу и покажу свою комнатку и место, куда повешу иконы.

Звонит по видеосвязи и показывает:

– Вот тут телевизор – не получится иконы повесить. На этой стене картины, на третьей – окно. Остается только одна эта стена, вот сюда и повешу.

А я смотрю: там какая-то деревянная доска висит, рядом с которой Маша собралась иконы вешать. Спрашиваю:

– Маш, а что это?

– Ой, Маришка, это резьба по дереву. Я просто обожаю эту работу, целыми часами, бывает, на нее смотрю и никак не насмотрюсь…

Подходит поближе – и…

Мама родная, что я вижу! Там индуистская танцующая богиня со множеством рук, а в ногах у нее извивается то ли дракон, то ли змея. И прямо рядом с этим изображением Маша собирается вешать иконы Николая Угодника и мама Габриэли!..

Это меня смутило, конечно, но сердце подсказывало, что виду подавать нельзя. Мы договорились о встрече и попрощались.

А я всё взволнованно взываю:

– Николае Чудотворче, Мама Габриэле, помогите! Что бы я ей ни сказала – ведь она не услышит меня, что нельзя святые иконы вешать рядом вот с этим. Вы сами управьте, пожалуйста!

Вот так святой Николай и преподобный Гавриил изгнали из дома идола

И так я молилась до самой встречи.

И вот, в назначенный день и час приходит моя Маша. Мы поговорили, она развернула иконы, и видно было, что она им радуется. И когда я уже собралась уходить, она вдруг достает какой-то пакет и смущенно так говорит:

– Мариш, я хотела тоже преподнести тебе что-нибудь. И решила подарить тебе самую дорогую моему сердцу вещь!

И что вы думаете? Вынимает эту танцующую на драконе богиню, искусно вырезанную по дереву.

У меня чуть язык не отнялся. Вот так святой Николай и преподобный Гавриил изгнали из дома идола.

Резьбу по дереву я, конечно, уничтожила.

…Маша молится у икон, но ко Христу пока не вернулась.

Воздохните о Марии ко Господу!